Первая мировая война
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА

Общее положение и планы сторон

 

К концу апреля, на рубеже весеннего и летнего периодов кампании 1915 г., ярко определилась разница стратегического положения сторон. Центральная коалиция твердо решила к указанному моменту ограничиться обороной на Западе и, избрав Восточный театр главным, продуманно вела подготовку мощного удара в Галиции. Англо-французы наметили использование сложившейся на их фронте обстановки для развития своей материальной мощи, а пока что — операцию на второстепенном театре с целью вывода из строя Турции. Расчет намеренно ставился на восточного союзника, который, будучи богат людскими ресурсами, мог безболезненно для своих друзей притянуть на себя крупные силы австро-германцев. Напряженная борьба на Востоке должна была вовлечь в войну Италию и Румынию, что только усиливало выгоды стратегического положения Франции и Англии. Русское главное командование не переставало долбить Карпаты и хотя начинало постигать германский замысел, но, терзаясь между соблазном проникнуть в Венгрию и тревогой за устойчивость своего крайне растянутого фронта, не могло решиться после овладения Перемышлем отказаться от наступления и быстро предпринять перегруппировку сил для предотвращения прорыва своего фронта.

 

Операция в Галиции

 

Операция в Галиции

 

 

Для германского главного командования стало ясно, что австро-венгерские силы сами по себе быстро теряют боевую упругость. Они уже не в состоянии были предпринять крупную операцию даже при значительной прослойке Австрийского фронта германскими войсками. Последние были вкраплены на протяжении всего фронта, подпирая наподобие корсетных прутьев, как говорили немцы, дряблое тело австрийской армии. У р. Нида, между pp. Пилица и Верхняя Висла, 1-ю австрийскую армию поддерживала германская группа Войрша. Между Верхней Вислой и подножием Карпат в районе Мысленицы, в воротах в Силезию, в расположение 4-й австрийской армии вдвинута была германская дивизия Бессера. В Бескидах колеблющийся фронт 3-й австрийской армии подкреплялся сильным германским корпусом (вернее — армией) Марвица. Через лесистые Карпаты восточнее Мункача продвигалась германская Южная армия Линзингена. В Буковине германская кавалерия Маршаля противодействовала крупной конной массе русской 9-й армии. Но такие частные подпорки мало способствовали устойчивости Австрийского фронта.

 

Помимо этой главной опасности, германское главное командование серьезно оценивало и другие тревожные признаки общего положения для центральной коалиции.

 

В Турции англо-французы усиливали свои атаки против Дарданелл. На Месопотамском фронте англичане завоевывали плацдарм против Багдада. Италия была накануне открытого выступления на стороне Антанты. Румыния и Болгария продолжали пока колебаться — на чью сторону стать, и их сомнениям мог положить конец только яркий боевой успех германского оружия.

 

В поисках за сокрушительным ударом по Русскому фронту германцы не хотели следовать советам Конрада, который стремился выудить побольше германских корпусов, но сохранить за собой руководство ими на Австрийском фронте. Он просил о присылке еще 4 германских дивизий. Германское главное командование склонялось к мысли производства прорыва Русского фронта тараном, образованным из массы германских сил под самостоятельным руководством германского генерала. Выбор мог пасть только на два участка: между Пилицей и Верхней Вислой или между Верхней Вислой и подножием Карпатского хребта. Фалькенгайн остановился на последнем. Этот район допускал наиболее плотное сосредоточение ударной группы и был лучше обеспечен от охватов флангов. Естественные преграды при дальнейшем развитии прорыва в Западной Галиции — pp. Вислока, Вислок и Сан — были значительно менее трудны, чем Висла. Прорыв между Верхней Вислой и Карпатами подсказывался выступающим положением Русского фронта на линии Горлица — Тарное; удар направлялся на самый крайний исходящий его угол и делал очень опасным положение втянувшихся в Карпаты русских сил.

 

Германское главное командование уже к началу апреля окончательно остановилось на решении произвести прорыв Русского фронта между Верхней Вислой и Карпатским хребтом, и были приняты самые тщательные меры к сохранению тайны. Только 13 апреля, когда германские войска были уже готовы к посадке на станциях и поезда со снарядами двинуты в Галицию, Фалькенгайн из Мезьера впервые телеграфировал Конраду об общем плане операции. Конрад в тот же день ответил о своем полном согласии и на следующий день прибыл в Берлин для личных переговоров с Фалькенгайном.