Первая мировая война
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА

Общее положение на театрах войны

 

Во Франции, как только туда донеслись первые отзвуки Великой Октябрьской социалистической революции, Пенлеве (первый министр того времени во Франции) собрал совещание из представителей держав Антанты для обсуждения создавшегося положения. На этом совещании была установлена безусловная необходимость скорейшего окончания войны вообще и в частности более энергичного участия в ней вступившей в войну Америки...

 

Первая мировая война 1918

 

Первая мировая война 1918

 

 

Благоприятное экономическое положение, улучшающееся с каждым днем прибытие американских войск и стратегическое положение Антанты подсказывали ей держаться в первые месяцы кампании 1918 г. пассивного образа действия.

 

Материальные силы и средства Антанты планомерно и прогрессивно увеличивались и делали ее армии не только богато, но роскошно обеспеченными всеми средствами ведения войны.

 

Благодаря все тому же превосходству в технике и позиционной войне значительная часть их войск находилась на отдыхе в резерве, что давало возможность сохранить кадры и свежесть войск. Контингенты колоний обеспечивали необходимый людской запас. Германская подводная война не нанесла ожидаемого вреда, и сырье всего мира почти по-прежнему было к услугам Антанты. Наконец, американская помощь войсками росла каждый месяц и к лету должна была обратиться во внушительную силу (к 1 марта было высажено 300 000 человек и в лагерях в Америке находилось 1 300 000 человек; кроме того, была объявлена всеобщая воинская повинность).

 

Революционные настроения проявились и в странах Антанты. Более всего они распространились в Италии. Но вкрапление в итальянскую армию большого процента англо-французских войск удержало ее от развала.

 

Волнения во французских войсках были подавлены жестокими мерами ген. Петена. Французское правительство Пенлеве, склонявшееся к заключению мира, было в конце года заменено реакционным министерством Клемансо, который беспощадно подавлял все оппозиционные выступления.

 

Английская армия успела развернуться к этому времени в большую и серьезную силу после трехлетних трудов Китченера и Ллойд-Джорджа. Из ролей второстепенных она переходит в 1917 г. на положение главенствующее, и камертон всех действий этого года находится в ее руках, приспособившихся к ведению большой современной войны.

 

И французы и англичане путем долголетнего кровавого опыта выработали необходимые приемы ведения позиционной войны и массового применения современной техники. Они решили обескровить германский военный организм и только на развалинах его перейти к широкому маневру.

 

Самой слабой стороны Антанты по-прежнему оставалось необъединенное верховное командование, что выявилось следствием почти равного удельного веса составных ее частей.

 

Сравнивая положение сторон, приходится прийти к выводу, что все шансы кампании 1918 г. находились на стороне Антанты, для которой критическим периодом были первые месяцы года, когда германские армии были численно сильнее, а помощь со стороны Америки мала. Решительное наступление германцев в этот период могло увеличить их шансы на победу. Этого наступления англо-французы особенно боялись, почему и поставили себе ближайшей целью строгую оборону.

 

Германцы поставили себе целью нанести решительный удар англо-французам до прихода американцев и готовились к этой операции с осени 1917 г.

 

Освободившись от длиннейшего из своих фронтов - русского, от Балтийского до Черного моря, получив возможность сосредоточить все свое внимание и силы на главном театре — Французском, Людендорф решительной победой на главном театре войны хотел добиться желательного для Германии мира.

 

Германское командование, увлеченное кажущимися столь блестящим внешним положением и опьяненное "успехом" на Русском фронте, поставило себе две политические цели: на Западе — победа для мира; на Востоке — захват огромных земель и богатств и удушение большевизма.

 

Ставя себе одновременно столь крупные политические цели, германское командование не учло того внутреннего состояния, в каком находились в это время Центральные державы и особенно сама Германия.

 

Экономическое состояние их дошло до крайней степени упадка во всех отношениях. Людской материал был весь исчерпан. Весь запас, который мог быть использован для пополнения войск, не превышал в Германии 100 000 человек.

 

Подводная война не оправдала возлагаемых на нее надежд.

 

Обострение классовых противоречий, стремление народных масс к миру, дезертирство из армии принимали угрожающие размеры.

 

Если таково было положение Германии, то в несравненно худшем состоянии находились ее союзники. Австро-Венгрия и отчасти Болгария представляли собой трупы, с трудом гальванизируемые Германией. Австрия была удержана в союзе удачным германским осенним наступлением в Италии. Болгария держалась только благодаря пассивности Салоникского фронта. И только Турция, связавшая свою судьбу с Германией, шла в лице господствовавшей младотурецкой партии на продолжение войны.

 

Всей этой действительности германское командование и его вдохновители не учли.

 

Ген. Людендорф в своих "Воспоминаниях" на с. 114 пишет: "На рубеже 1917/18 г. обстановка на суше вследствие выхода из войны России слагалась для нас выгоднее, чем за год перед этим... Соотношение сил складывалось для нас так благоприятно, как никогда"[1].

 

Людендорф опасался лишь, что такое благоприятное для Германии соотношение сил может быть нарушено Америкой, которая перевезет во Францию достаточные силы, чтобы это соотношение изменилось в пользу Антанты.

 

Такой момент должен был наступить летом 1918 г., учитывая, что Америка ежедневно перевозила по 7000 солдат, получая соответствующую военную технику на месте во Франции. Германское командование считало, что необходимо было торопиться, чтобы не упустить столь благоприятный и по всем расчетам последний момент.

 

Необходимо было подготовить во всех отношениях решительную операцию так, чтобы победа была обеспечена; на карту ставились исход войны, судьба германского империализма.

 

Подготовка операции было проведена с большой тщательностью.

 

Начиная от соответствующей обработки общественного мнения в лагере своих противников и кончая "тактикой стрелкового отделения" в "наступательном сражении в позиционной войне", — казалось, все было предусмотрено.

 

13 февраля на совещании в Гамбурге Людендорф докладывал Вильгельму: "Армия сосредоточена и, будучи хорошо подготовлена, приступает к разрешению величайшей задачи в истории"[2].

 

 


[1] Соотношение сил обеих группировок на всех театрах мировой войны после выхода России из империалистической войны в январе 1918 г. выражалось (в количестве дивизий пехотных и спешенной кавалерии): Антанты — 274 дивизии и Центрального блока — 370 дивизий против бывших в ноябре: Антанты — 507 дивизий и Центрального блока — 369 дивизий.

 

[2] Людендорф. Мои воспоминания. М., 1923, с. 159